2 июня
Вторник

$69.71 77.64

Коронавирус - у 804 костромичей.

Сергей КАЛАШНИК: «Рост производительности труда должен стать главной целью Костромской области»

Сергей КАЛАШНИК: «Рост производительности труда должен стать главной целью  Костромской области»

Корреспондент KOSTROMA.TODAY узнал  у председателя комитета по экономической, промышленной политике и предпринимательству областной Думы Сергея КАЛАШНИКА, что сделали депутаты для поддержки предпринимательства и промышленности, какие главные проблемы у экономики Костромской области, и могут ли законопроекты улучшить экономический климат в регионе?

— Сергей  Викторович, экономика – это такая сфера, где с законодательство надо особенно тщательно выверять. Как вы считаете, ваш думский комитет эффективно работает?

— Тут есть две стороны. Безусловно, у всех членов нашего комитета – большой опыт в предпринимательстве. И  я, и многие мои коллеги, считаем, что опыт, приобретенный в бизнесе, вполне может сослужить полезную службу всему обществу. Но это не значит, что мы всегда полностью уверены в правоте своей позиции и считаем, что входящие в наш комитет депутаты знают и отражают все слои предпринимательского сообщества. Был бы рад, если бы депутатов-предпринимателей было больше – чтобы бизнес был представлен более разносторонне, и дискуссия была бы качественнее. Сейчас предпринимателей в думе 6-7 человек.  Другой вопрос, что сейчас, возможно, далеко не все предприниматели хотят стать депутатами.

— А как у вас отношения с исполнительной властью – с областной администрацией? Считается, что чиновники не всегда понимают в развитии экономики.

— Могу сказать, что нам комфортно работается, видение у депутатов, и  у областных властей одинаковое. Мы понимаем, что в регионе надо создавать рабочие места, надо повышать производительность труда – без этого ни о каком развитии экономики не может быть речи. Другое дело, что все мы находимся в определенной реальности  — у нас есть исторические и географические особенности: Костромскую область индустриализация стороной обошла, территория огромная, население – небольшое,  промышленности мало. И, безусловно, наше влияние на экономику ограничено и федеральным законодательством, и соглашениями с Минфином, который серьезно ограничивает любые идеи, связанные с дополнительными бюджетными расходами.

— Среди самых важных законов в сфере экономики, которые приняли депутаты в последние годы, какие бы назвали?

— Среди тех, которые приняли недавно – изменения в законодательство по улучшению положения инвесторов. Дело в том, что у нас  есть крупные инвесторы, которые защищают свои проекты в инвестсовете, получают льготы по налогам на прибыль,  и потом должны регулярно отчитываться о том, как идет проект.  И мы столкнулись с тем, что среди требований отчетности было  практически полное соответствие параметрам бизнес-плану. А если у них что-то не соответствует, то можно все льготы потерять, они должны будут все деньги, которые в виде льгот не заплатил – заплатить. А мы все понимаем, что в реальном бизнесе так не бывает – чтобы все шло по бизнес-плану. Всегда что-то меняется по ходу проекта. Понятно, что такие требования —  это просто удар по инвесторам. Мы в результате сократили перечь существенных нарушений и удлинили время, за которое можно устранить нарушения, выявленные в ходе реализации проекта. По сути оставили главным показателем только сам размер инвестиций.

Также приняли законопроект о льготах по налогу на имущество организаций и налогу на прибыль организаций – для тех инвесторов, которые  вкладывают средства в восстановление и реконструкцию объектов культурного наследия регионального значения. Таких памятников у нас 2500, треть – в плохом состоянии,  и мы понимает, что без частных денег очень многие можно просто потерять.

Важным считаю то, что появилась возможность предоставлять государственное имущество в залог – инструмент сродни поручительству. Чтобы была возможность в определённых случаях, по определённым критериям, помогать определённым предпринимателям, у которых имущества не хватает для залога в банке. И мы сможем дополнять их недостающую залоговую массу государственным имуществом, причем это могут быть, например, даже недостроенные здания.

Также понизили проходной барьер для инвестпроектов, которые могут получить поддержку по налогам. Сейчас порог – вложения в экономику Костромской области от 30 миллионов рублей. Тут есть проблема, как мы с коллегами в думе видим: нам нужно повышать уровень доверия  и информированности предпринимателей. Потому что я точно знаю,  некоторые предприниматели хотели бы обратиться за этой поддержкой, но просто не верят, что им это по плечу.

— Депутаты по тем вопросам, которые нельзя решить на уровне региона, нередко обращаются в Госдуму.

— Да, например, мы обращались с проблемой не заменять с 2021 года единый налог на вмененный доход на патентную систему,  приводили конкретные примеры, когда при применении патентов вместо ЕНВД нагрузка на конкретного предпринимателя серьезно вырастает. Мы попросили вместо 2021 года отложить это до 2024 года.  Другие регионы нас в этом также поддерживает. Также, например, у нас были дискуссии, как поддержать социальное предпринимательство, какие льготы должны быть для социальных предпринимателей, какой бизнес можно называть социальным. Сейчас эти изменения приняты и  на федеральном уровне, и на региональном.

— Районы области развиваются у нас очень неравномерно. Вы в своей работе это учитываете?

— Понятно, что уровень доходов там ниже, там меньше спрос и предпринимательская активность. Поэтому мы, например, в два раза снизили стоимость патентов на определенные виды предпринимательской деятельности. Можно сказать, что в результате этой меры  количество тех, кто на патентной системе там стал работать, увеличилось. То есть ситуация стала лучше, хотя, безусловно, хотелось бы прорыва.

— И депутаты, и экономисты, и власти говорят о том, что в Костромской области надо повышать производительность труда. А что обычный костромич от этого выиграет. Придется больше работать?

— Нужно чтобы те, кто работает, работали эффективно. Подчеркну – не много, а эффективно. Значит, у нас должна расти производительность труда, причем на не 2-3% в год. Что такое «высокое производительное место»? То, где много платят, больше среднего, потому что ты хорошо работаешь, и эффект от твоей работы выше среднего.

— . А как это сделать? И вообще это реально сделать на уровне региона?

—  Это должно быть сделано на уровне федерации, которое должно стимулировать этот процесс. Я за то, чтобы в любой форме собственности, в любой применимой системе налогообложения, в любой отрасли, любому виду предпринимательской деятельности нужно дать одинаковую возможность воспользоваться мерами государственной поддержки, которые направлены на рост производительности труда. У нас есть, объективно, экономическое неравенство регионов, его надо выравнивать.  Поэтому одна из идей – крупные инвестпроекты нужно «распределять» по территории страны. Если инвестор по каким-то своим соображениям готов выбрать 1 из 10 регионов страны, то наибольший уровень господдержки ему оказывают, если он пойдет в тот из этих 10, где польза, с точки зрения выравнивания экономического потенциала, будет больше.

— Ваш комитет, в частности, занимался и таким не совсем экономическим вопросом, как запрет продавать безалкогольные энергетики подросткам. Звучали возражения, что это нанесет вред местной торговле.

— Уверен, что тут с любой точки зрения будет только позитивный эффект. Вред для здоровья тонизирующих веществ, которые содержат так называемые энергетики, очевиден. Если даже смотреть только с точки зрения экономики,  мы ничего не теряем, потому что производства таких энергетиков на территории области нет, а для торговли то, что может быть, потеряется, будет компенсировано  другими товарными категориями. Так что  ожидается чисто позитивный эффект с точки зрения здоровья подрастающего поколения. Поэтому с 1 января 2020 года в Костромской области несовершеннолетним не смогут продавать  безалкогольные тоники, за несоблюдение требований установлены штрафы в размере от 2 до 50 тысяч рублей.

 

Все новости