20 сентября
Четверг

11

$67.75 79.17

Андрей ТИМОНИН в последнем интервью: «Меня можно отстранить, но отнять мое дело никто не сможет»

Андрей ТИМОНИН в последнем интервью: «Меня можно отстранить, но отнять мое дело никто не сможет»

Андрей ТИМОНИН в последнем интервью: «Меня можно отстранить, но отнять мое дело никто не сможет»

Фото: из архива А.Тимонина, соцсети.

Интервью было впервые опубликовано в октябре 2017 года.

Это интервью  основатель Института педагогики  и психологии Андрей Тимонин, которого не стало сегодня ночью, дал KOSTROMA.TODAY в октябре 2017 года. Для него это было сложное время:  отстранение от должности по обвинению в получении денег от студентов, разговоры за спиной, допросы, а потом и страшный диагноз. Тогда Андрей Иванович был очень откровенным.

Мы публикуем текст  с небольшими сокращениями. 

«У меня в руках этих денег не было»

Сейчас мне предъявили обвинение совсем по другой статье. Было «взяточничество»… Теперь — «мелкое взяточничество» и «мошенничество» Звучит по-другому. Поставили меня на одну доску с Улюкаевым (министр экономики России, его обвиняют в вымогательстве взятки – Ред.).

Этим, может, надо было гордиться (смеется…). По крайней мере, отпали основания для моего отстранения от должности, я могу работать.

Следствие говорит, что было несколько человек, которые якобы собрали деньги и передали их мне. А я якобы сказал преподавателям, что они должны сделать так, чтобы эти люди сдали все экзамены.

Я не могу сказать, они собирали эти деньги или нет. Может,  правда, собирали. Куда они потом пошли, кому? У меня в руках их не было.

С теми, кто написал на меня заявление, мы после этого не общались.  Эти девушки до сих пор у нас учатся на заочном отделении. Что их толкнуло, не знаю.

Андрей Тимонин всегда был одним из самых популярных преподавателей КГУ.

Девушка, которая написала заявление, в свое время переводилась с одной формы обучения на другую. Там была разница  в учебных планах, ей надо было досдать экзамены.  Денег у нее не было. И я давал ей в долг. Она учится на контракте, и ей не хватало 5 тысяч на оплату. Я ей эти деньги дал.

У нас все знали, что у меня можно  взять взаймы.  Это же не только она, таких студентов много. Я могу привести и другой пример, когда человек сидел, плакал, я подошел спросить, что случилось. Она говорит: «Я буду бросать институт, потому что у меня дома все плохо, работы нет, я учусь на очном отделении. Мне даже хлеба купить не на что». У меня  были в этот момент 2 тысячи, я их взял и отдал.

Но главное – не деньги. Она поняла, что можно перейти на индивидуальный план, устроиться на работу, что есть возможности, о которых она просто не знала. В итоге, она ими воспользовалась. Через какое-то долгое время она мне эти 2 тысячи отдала.

Экзамен у Андрея Тимонина всегда было сдать непросто.

У нас есть студенты некоторые, которым даже жить негде было. Квартира  -дорого, общежитие не всем раньше давали. По неделе у преподавателя дома некоторые жили. Ну вот ситуация такая.

Но чтобы я взятку вымогал…  За что?

«Все равно будет обвинительное заключение»

Проблема в том, как все раздувалось, как все преподносилось, как накручивалось. Никогда в жизни и в мыслях не было, чтобы сказать: кто-то не сдаст у меня экзамен и что-то за это потребовать. Всегда было наоборот. На экзамен  приходили ко мне с удовольствием, но знали, что сдать его сложно. Все мои занятия — это «дни здоровья». То есть студенты даже если были слегка больные и могли где-то там на других занятиях сказать: «А я не пойду», ко мне всегда придут. Потому что лучше прийти, чем не прийти. Если три  раза пропустил – это нормально, четыре – это уже 4 дополнительных вопроса на экзамене, пять – то 5 дополнительных вопросов и так далее.

Я понимаю: все равно будет обвинительное заключение. Они все равно будут передавать его в прокуратуру с  определенными надеждами, чтобы это передали в суд.

Я, в общем-то этого не боюсь. Я всегда верю в хорошее. Я верю, что суд должен разобраться.

«Врачи говорят, что еще есть проблемы»

Знаете, самое обидное было услышать от обывателей, что я, чтобы всего этого избежать, специально изворачиваюсь, выдумываю болезнь. Симулирую.

С 2015 года  я перенес 6 операций из-за онкологии.  Сначала — в костромском онкодиспансере, потом  — в клинике имени Вишневского.  В марте этого года – операция в Костроме, в мае – в Москве.

Андрей Тимонин с младшей дочерью.

Казалось, у меня наступила ремиссия. Но в этом году снова начались метастазы. Врачи говорят, что это все из-за нервов. После лечения в Москве стало лучше. Сейчас, главное, бороться с послеоперационными лимфостазами.

Мне попались чудесные доктора и в Костроме, и в Москве. Я очень благодарен врачам Андрею Гончарову и Илье Скрябину.  Благодаря им я попал в московскую клинику имени Герцена, получил квоты на дорогостоящие операции.

В клинике имени Герцена врачи договорились, чтобы мне сделали диагностическую процедуру в курчатовском институте. Она стоила полцены. Но даже таких денег, около 45 тысяч рублей, у меня не было. И мой московский друг эти деньги отдал. И сказал, чтобы я даже не думал их ему возвращать. Он сказал: «Нас осталось мало тех, кто болеет за дело…» Да, люди в таких ситуациях и проверяются.

Андрей Тимонин с семьей.

Что сейчас? Я инвалид 2 группы. В Москве сказали, что есть еще проблемы. Наблюдаться надо каждые 3 месяца.

Мне помогали и пациенты онкодиспансера. Чужой опыт всегда важен. Всегда кажется, что это не произойдет со мной. А когда ты оказываешься с бедой один на один…  Знаете, у нас в психологии есть у нас такое понятие  — «копинг-поведение». Это совладающее поведение (действия, которые позволяют человеку справиться со сложной ситуацией или стрессом – Ред.).

«Дочка записывала видеобращения в больницу»

Как я жил этот год? Жена устроилась на две работы. Руководство вуза мне помогло. Оплачивали больничные. Также я являюсь руководителем научного проекта, за который мы получили внушительный грант. Преподаватели и руководство решили выплачивать мне за его руководство небольшие суммы. Их я использовал на лечение.

Я подрабатывал в научных журналах – писал рецензии и статьи в соавторстве. Кроме того, с июля я инвалид второй группы. Поэтому теперь получаю пенсию.

У меня трое детей. Две дочери уже взрослые — преподаватели. Младшей — 5 лет. Она записывала мне видеообращения в больницу. Приводить детей в палату — очень плохая идея. Они еще успеют насмотреться…

О поддержке

Сейчас во всей этой истории так много такого, что каждый раз что-то добавляют, накручивают.  Я понимаю, что когда звучит слово «деньги», сразу начинаются подозрения.

Но даже «Студенческая весна» (фестиваль творчества студентов в КГУ – Ред.) — это сложный проект. Это мероприятие не трехкопеечное. Всегда спектакли с красивыми декорациями. Обычно денег не хватает.  У нас на это мероприятие всегда мощный фандрайзинг, чтобы найти средства. Поэтому я искал тех людей, которые нас поддержат, и мне никто не отказал.  А теперь начинается накручивание, откуда деньги…

Андрея Тимонина поддерживает большинство студентов.

Во время «Студвесны» студенты показывали свои сценарии, советовались, когда что-то не шло. Я всегда был рядом.

И когда все это случилось,  я услышал много слов поддержки. Я удивился. Я понимаю, если бы это были только наши выпускники. Но столько разных людей, я просто диву даюсь. Писали мне лично, писали в нашей группе, в общем чате. Группа «Вконтакте» до сих пор существует.

Я сегодня ездил в следственный комитет, потом на планерку, по делам. И мне таксист говорит: «А когда вы на работу вернетесь?». Я его спрашиваю: «А вы кто?» Может, думаю, родитель какого-то студента или выпускник. У нас выпускников тоже море. Он говорит: «Я просто вас знаю. Я часто вожу ваших преподавателей, студентов. Я же вижу, как они к вам относятся».

Возвращения Андрея Тимонина на работу многие ждали.

Со 2 октября я принял решение перейти на другую должность — теперь я не директор Института педагогики и психологии. Посоветовался с женой… Хотя нет, сначала посоветовался с коллективом.  Сейчас я — профессор кафедры педагогики и акмеологии личности. Уверен, так будет лучше всем.

Целый год я был отстранен, но мне звонили коллеги и студенты, приходили домой, поддерживали и советовались. Когда человек хочет делать дело, нужное и важное не только для него, но и для других, это всегда видно.

Да, меня можно отстранить приказом, а отнять мое дело вряд ли кто-то сможет.

Записала   Мария КУЛЕШОВА-РОГАНОВА,

специально для портала KOSTROMA.TODAY

PS. После окончания разговора мы с Андреем Ивановичем направились к выходу, как вдруг к нему с радостными криками, подбежали две студентки. Обняли его и попросили сделать селфи.

 

Все новости